Временная неисправность.

[john5r]

Оригинал взят у john5r в Временная неисправность.

В рамках некогда заявленного (хотя концы уже находятся только в кэше гугла) конкурса танковых сказок предлагаю сосообщникам свои 10 000 знаков под катом.

Одним из самых таинственных объектов базы был телепортатор - ворота, через которые танки отправлялись в бой. Можно было заглянуть за закрытые ворота - и увидеть бетонные плиты с пробивающейся между ними травой, слева виднелись залив и недавно отстроенные сухие доки, справа - "зеленка". Но стоило створкам открыться - и в рамке появлялось поле боя, каждый раз новое (хотя все их экипажи давно заучили и могли узнать хоть по оттенку травы). Как ворота работают, никто на базе не знал. Переброска на карту была мгновенной при пересечении створа ворот, обратно даже не надо было ехать, танк попадал прямо на плац, при этом в приборах наблюдения на секунду темнело. Правда, наводчик Т-44 Вася клялся, что видел в прицел огромную вертящуюся шестеренку во все небо, но мало кто верил.

- Говорю вам, была шестеренка. - горячился Вася за завтраком. - Огромная, стальная, крутится - раз! - и мы уже на плацу!
- Вася, тебе бы отдохнуть, - смеялся командир танка лейтенант Федоров. – Недавний ремонт сказывается. А в следующий раз трак увидишь. Или нет, ленивец.

Вася насупился. Не верят. Скорее бы в бой - выцелить врага на ходу метров с пятисот, будут знать, что Вася свое дело знает туго, и глаза его не обманывают. Будто услышав его мысли, ожила трансляция.
- Командирам VK4502Ausf.B, Panther II и Т-44 прибыть в штаб для инструктажа.

Лейтенант нырнул в люк, с лязгом захлопнул крышку за собой.
- Поехали!
Сорокчетверка проскочила ворота и оказалась в осеннем пейзаже.
- Дядюн, направо, по краю пролетим, тяжи вторым эшелоном подойдут.
Танк, лавируя между оградами, выехал на открытый участок - до домов оставалось метров пятьдесят. Слева в панораме мелькнул серый силуэт.
- Светляк слева!
Вася прильнул к прицелу. Сейчас мы этого "Леопарда"...
БАМ!
- Хороша же у них арта, - пробормотал лейтенант. - На ходу влепила прямо в боеуклад. Или везуча, чертовка.
Лейтенант открыл крышку командирского пульта. Клавиша "Выйти в ангар", нажал два раза. Пейзаж вокруг пропал.
- Ну что, Вася, что там? Шестеренка?
- Никак нет, товарищ лейтенант, - сдержанно ответил Вася. - Шестеренку не наблюдаю.
- Однако мы должны бы уже вернуться, - подал голос радист Говоров. - Товарищ лейтенант, может, клавиша запала?
- Что за черт... Нет, отжалась. Что-то случилось.
- И где мы, товарищ лейтенант? - мехвод Дядюн во все глаза смотрел в свою щель, но тьма была такой плотной, что, казалось, продавливалась внутрь.
- Не знаю, Володя. Просто ждем. Я засек время.

Лейтенант Фюрст выскочил из люка, ступил на броню и спрыгнул на бетон, не дожидаясь, пока техники приставят лесенку.
- Himmeldonnerwetter! Где берут таких Idioten? Пропустили свет, слили город, перли в лоб на Т95!
- Paßt schon! - Подошедший командир Пантеры похлопал его по плечу. - Прививка от излишней веры в сокомандников. А их артиллерия крыла выше всяких похвал. Нашего коллегу «снять» на полной скорости надо уметь.
- Господа офицеры! - Подбежавший ординарец был бледен и запинался. - Ср-рочно в штаб!
- Zum Befehl, малыш. Почему такая спешка?
Ординарец огляделся по сторонам и, понизив голос, произнес:
- Танк Федорова не вернулся!

Допрос экипажей немецких танков шел быстро, но безрезультатно. Складывающаяся картина была совершенно ясной, но в середине зияла черная дыра.
- Унтер-офицер Шмульке, доложите, при каких обстоятельствах Вы наблюдали танк лейтенанта Федорова в последний раз?
- Осмелюсь доложить, герр капитан, это было на 2й минуте боя. Танк лейтенанта Федорова был виден в прицел впереди меня на дистанции около 120 метров и получил попадание. Затем наш танк проехал дальше под прикрытие домов и прекратил визуальный контакт с Т-44.
- Как прошел возврат на базу?
- Возврат прошел штатно, герр капитан. Ничего необычного.
- Можете быть свободны, Шмульке.
- Герр капитан?
- Что еще?
- Экипаж Федорова - они уже не вернутся?
- Отставить, Шмульке, - нахмурился лейтенант Фюрст. - Abtreten!

К вечеру об исчезновении сорокчетверки знала вся база.
- Этого нет в контракте - надрывался уоррент-офицер Рейтон. - Нет такого условия, чтобы не вернуться!
- Друзья мои, уверен, речь о простой, как это называется, "самоволькА", - разводил руками француз Тьерри. - Ну, поехали проведать очаровательных mesdames. А что? У нас это в порядке вещей.
- В порядке вещей, ага, - осклабился лейтенант Прин. - Когда-то такой порядок обернулся разгромом.
- Гюнтер, кто старое помянет...
Команду "отбой" экипажи встретили в невеселом настроении.
- Что же, - бесцветным голосом спросил оберфельдфебель Коль - Теперь будет как в той жизни? Снаряд от ИСа и конец?
- Брось эти штучки, Хорст.

Около полуночи база почти полностью погрузилась в темноту. Горели только прожектора на вышках ограды. Внезапно над плацем что-то сверкнуло. У края площадки в воздухе заклубился туман. На бетоне образовалось круглое пятно наледи.
Уоррент-офицер Джарвис, отлучившийся из казармы покурить, протянул папиросу к ведру с песком стряхнуть пепел и теперь ошарашено смотрел на четкую границу инея на рукаве, пальцы свело холодом, как от ледяной воды. В следующий момент все в казармах подскочили от лязга - в лед врезались траки сорокчетверки, как будто упавшей из воздуха. Серебристый от инея танк моментально стал темнеть, по броне побежала талая вода.
Подбежали караульные, из казарм выскакивали танкисты. Открылись люки, и на свет фонарей явился целый и невредимый экипаж. Лейтенант оглядел собравшихся, оглянулся на лужу вокруг танка, скосился на горящие прожектора освещения, увидел комиссара Котятко. Его присутствие дало мечущемуся взгляду Федорова какую-никакую, но опору. Он бросил взгляд на свои часы и строевым шагом прочеканил к политруку.
- Товарищ комиссар, докладываю, экипаж лейтенанта Федорова вернулся на базу! Из-за нештатной работы пульта зафиксировано опоздание на четыре минуты!
- Вольно, - произнес после секундной паузы Парамон Нилович - Всем разойтись, кроме лейтенанта Федорова. Вы остаетесь для обсуждения... нештатной работы.

В казарме на стшников смотрели, как на покойников.
- Товарищи, что вы, в самом деле?
- Мы уж думали, вы того... с концами, - выдавил прапорщик Валуев.
- Почему? Баг же просто какой-то, я так разумею. Вернулись, а уже ночь включили. Какое с концами-то? Что ты несешь, да ты в прошлом бою, как и мы, золотой фугас в боеуклад поймал, и что, с концами? Сидишь, ряшку отъедаешь!
- Вася, вас двенадцать часов не было. Полсуток. Не четыре минуты, Вася, а полдня. Мы вас уже похоронили.
- Шутите так?
- Да какие шутки! «Ночь включили» - ты как такое придумал-то?
- Товарищи, утро вечера мудренее. – Веско проговорил старожил казармы старлей Асафов. - Все здесь и живы. Завтра обсудим на партсобрании. Всем спать!

На следующее утро пожаловали "разрабы" - несколько джипов, полных менеджеров и техников в синих комбинезонах. Техники проводили какие-то манипуляции с воротами, предварительно отгородив этот участок непрозрачной пленкой.
Прибывший на базу один из старших чинов предложил "господину Котятко" прогуляться по периметру.
- Товарищ комиссар, чрезвычайная ситуация позади, без последствий и ни в коем случае не повторится. Я уполномочен объяснить, что произошло, во избежание падения боевого духа. Наши... средства контроля фиксируют... расползание нездоровых слухов.
- Средства контроля? Вы что же, нас прослушиваете?
Менеджер поморщился.
- Комиссар, держим руку на пульсе, вот и все. Итак, если помните, к нам приезжала индийская делегация по смежному проекту.
Индусы пожаловали в соседние доки несколько дней назад. Ходили слухи, что им отдают на тест не то крейсер, не то подлодку, и то, и другое почему-то именовали "ядреным".
- Так вот, в порядке бартера индийская сторона предложила услуги разработчиков для скорейшего внедрения новых функций. Вот и поручили им заняться заморозкой танков для боев на глобальной карте.
- Товарищ, - нахмурился Котятко. - Не морочьте голову. Лейтенант Федоров болтался невесть где по вашей милости после обычного рандомного боя! Какая заморозка?
- Не кипятитесь. Это был тестовый раз, проверочный, они выбрали не тот танк, время заморозки тоже нештатное, виновные наказаны. Больше в обычных боях неприятных сюрпризов не будет.
- А в необычных? При высадках? При обороне?
Представитель Варгейминга помрачнел.
- Теперь - никакой заморозки еще месяц. Реализация системы ни к черту... да вы и сами, полагаю, заметили. Поставили им техническое задание - "заморозка танка", так они перевели дословно.
- Что значит дословно? Снег мы видели, но где же экипаж был это время?
- Индусы, - поморщился представитель. - Реализовали они ее первым способом, который попался, а именно охлаждением как побочный эффект нуль-транспортации через микроколлапсар по петлевому квантовому маршруту. За счет движения танка в гиперпространстве с околосветовой скоростью для экипажа проявился релятивистский эффект сокращения времени... Вам, кажется, плохо?
Политрук еле удержал отвисающую челюсть на месте. – В ушах зашумело. Последствия контузии, знаете. Так Вы устраните неисправность?
- Как только, - начал было менеджер, но запнулся. - ...Вы могли подумать! Система деактивирована. Теперь реализацией занимаемся мы. Бартер с индусами проведем по другой линии. Обещали помочь с камуфляжами, с формой. Да, хотят прислать специалистов по строевой подготовке, говорят, работают впечатляюще.

Вечером в казарме организовался праздничный стол - экипаж сорокчетверки поздравляли ни много ни мало, со вторым днем рождения. Парамон Нилыч провел политинформацию, где сжато и образно описал, где носило экипаж Федорова. Понятнее от нее не стало, но впечатление она произвела феерическое.
- И ты представляешь, - втолковывал Васе на второй час застолья окосевший от переваловки лейтенант Федоров, мы перемещались с субст... свуст... световой, в общем, скоростью! И часы от этого медленнее пошли.
- Врешь ты все, - убежденно возражал Вася, хватал лейтенанта за запястье и совал часы ему под самый нос. – Это же командирские, минута в минуту всегда!